?

Log in

No account? Create an account

Категория: медицина

Раз уж «я» - это «я» (факт самосознания и совокупность его актов) плюс мои обстоятельства (совокупность условий его осуществления), то всякий отъезд из хорошо освоенных обстоятельств – это акт самоутраты и, как таковой, неминуемо травматичен (и должен быть таковым, иначе – и не настоящее, и не будет последующего уточняющего самособирания, - так и проскользишь по поверхности). Он травматичен, даже если ему сопутствует эйфория (ожидания) расширения возможностей, «новых впечатлений», любого рода удовольствий (тут ведь так: гедонистические установки очень помогают справиться с этим неминуемым травматизмом, зато и мешают его осознать и продумать). «Новые впечатления» надо ещё в себя врастить, найти им место в целом своего восприятия, и даже более поверхностно: с ними надо попросту уметь справиться, в противном случае они растеряются, и даже более того: они тщетны настолько, что их как будто не было. (В каком-то смысле ценность прожитого определяется по его последствиям, по их наличию и качеству. Не оставившее серьёзных последствий можно смело считать несуществующим.)

20190807_195421

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/451263.html. Please comment there using OpenID.
Ну разумеется, Большая Работа развращает: уже самим своим наличием она как бы позволяет не заниматься ничем, кроме неё одной (это совершенно неотделимо от её освобождающего действия. Громадные пространства бытия, от которых мы мним себя свободными благодаря ей, остаются тем самым невозделанными). Она (хороша и тем, что) позволяет малодушничать, прячась за её широкой спиной от множества мелких обязанностей. – Теперь, думала я, приходится их заново собирать, и я почти уверена (или просто: уверена), что забуду что-нибудь. (Большая Работа перефокусирует внимание, делая его дальнозорким, невосприимчивым к мелочам.)

(Потому-то и напрашивается, нарывается очередной раз человек на Большую Работу, даже понимая, что она ему не по силам, что он устал, что вообще так жить нельзя и т.п. – есть в Б.Р. нечто такое, что, даже при ясном осознании всего этого, заставляет на неё по добрейшей воле соглашаться.)

Конец Большой Работы невротизирует куда больше, чем её наличие. Пока она есть, она хотя бы держит на плаву. Когда она кончается, плыть приходится самой, - и немедленно начинаешь барахтаться и тонуть.

Забыть-то я, конечно, забуду.

Но, по счастью, на смену прежней сразу же приходит новая – не менее, а то и куда более требовательная и агрессивная – Большая Работа.

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/442003.html. Please comment there using OpenID.

В разломах

Ну и ещё раз, очередной раз: поездки должны быть редкостью, исключением, разрывом шаблона, выбиванием опор из-под ног, чтобы каждая – обжигала, прожигала насквозь, чтобы действовала сильно до почти-невыносимости. Чтобы разламывала защитные корки. В противном случае (рутинизируясь, доместицируясь, переставая быть травмой и становясь частью комфорта) они теряют смысл.

Настоящее может войти только в разломы.

Читать дальше...Свернуть )
Он – бывший уже больше года назад – до сих пор всё ещё не выговорился, не выбредился как следует, не нашёл себе формулировок. И, как таковой, преследует, навязывается. Слишком превзошёл и ожидания, и заготовки пониманий, грубо со всем этим обошёлся, слишком не уместился в восприятие, слишком в нём своевольничал. Стамбул – город-передозировка, город-ожог, им отравляешься просто уже в силу концентрации (всего: и чужого и непрозрачного, и друг с другом несовместимого, и исторических времён, громадных их объёмов, которые в одной только Святой, великой, страшной, немыслимой Софии необозримы, а сколько ещё всего остального). Он разрывает воспринимающего на куски. Он травмирует обилием.

О, обилие немилосердно к человеку. Ему нет дела до человека: оно – о своём.

Город расползающихся, раздирающих восприятие швов. Ничто – мнится - не держится вместе, не образует того, что виделось бы пришельцу гармоническим, уравновешенным единством: ни Европа с Азией, ни турецкое с греческим, ни давнее с сиюминутным, ни удобное с неудобным, ни понятное с непонятным, - ничего, ничего, ничего.

Став чувственной реальностью, город (наверно, всякий город, хотя некоторые – в особенности) выбивает из равновесий. Что бы ни намечтывал себе человек (нет ведь слаще – и насущнее занятия, чем воображать себе недоступный мир и разные его части), он всегда намечтает и вообразит что-нибудь такое, что соразмерно с его возможностями и представлениями: из самого себя же делает. Город врывается в восприятие, нимало ни с чем не считаясь. Он криком кричит на человека, требуя его внимания – притом по-разному организованного - в разные стороны одновременно. Не знаешь, как уложить себя в него, согласовать себя с ним, – не умом (начитавшимся путеводителей), но по всему телу разлитым чувством, которому до путеводителей нет никакого дела и которое, на самом деле, одно только нас в мире и ориентирует. Вдруг застаёшь себя посреди такого города за стремительно, просто в авральном порядке, формирующимся пониманием того, что восприятие – это ещё и (да прежде всего прочего!) дисциплина, и аскеза, и самоограничение, вообще – тщательно выпестованный порядок чувств, что этот порядок только и спасает, что любая новая совокупность впечатлений может ведь и разрушить его, растоптать, порвать на куски – и будешь стоять растерянный, безоружный, беззащитный.

171116_Стамбул

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/385241.html. Please comment there using OpenID.
* собственно, за неделю до чаемого отъезда, но тут-то и понимаешь, насколько этой недели, оказывается, мало и насколько велик риск, что её ни на что нужное толком не хватит. Безусловно принадлежа к породе медленных людей (живу в тихой проточной воде, шевелю жабрами), имею сильный соблазн болезненно переживать необходимость быстрой концентрации жизни, - от чего спасают (действительно, более-менее спасают) усилия представить себе, будто я человек быстрый и ничего особенного в этой концентрации, быстроте и плотности нет. (Вообще, кстати сказать, довольно эффективным оказывается приём «представь себя кем-то другим». Эдакий внутренний театр для себя.)

Ну так вот: думаю о том, что дома настолько всегда есть что делать и это всегда настолько осмысленно, что в выдирании себя из этого и отправлении куда бы то ни было есть не только что-то искусственное, но даже и травма: выдираешь себя из жизнеспособного целого, рвёшь живые связи. Неважно, что они потом (если-всё-будет-хорошо) восстановятся: всё равно ведь рвёшь.

This entry was originally posted at http://yettergjart.dreamwidth.org/40447.html. Please comment there using OpenID.

Календарь

Август 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Подписки

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com