Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

дудит в дуду

Среда сиюминутных бормотаний чуть-чуть меняется

Предприятие по дублированию вполне сиюминутных по своему существу записей из одного журнала для полночных бормотаний в другой видится мне избыточным, громоздким и нарушающим самую атмосферу полночного сиюминутного бормотанья. Поэтому (по крайней мере, на какое-то время) все выжимки бессонниц и свеч кривых нагар переезжают в блог egy_ember, заведённый затем, что фейсбук стал сопротивляться перепощиванию постов отсюда (но вдруг одумается - будем проверять). Впрочем, в том журнале, не обременённом, в отличие от этого пятнадцати- (с половиной) -летней историею, мне уже понравилось, так что посмотрим.

Прошу любить, жаловать, внимать: https://egy-ember.livejournal.com/ Ник "egy ember" означает по-венгерски "один человек", этим именем достигается и укрытость в безымянности, и смирение, и общечеловечность, и венгерскость, - чего же лучшего желать. По мне. так ничего другого и не надо.

В блоге yettergjart (как я думаю сейчас) будут сохраняться записи, имеющие отношение к учитыванию обретённых книг и сделанной работы.
то ли снится - то ли мнится

О переприсвоении пространства

А ходили мы вчера - в рамках становящегося традиционным переприсвоения пространства после долгого воздержания от него - от Ломоносовского проспекта, дворами и проулкамт между улицами Коперника и Фотиевой, параллельными Ленинскому и Вернадского, через Молодёжную и Университетский до улицы Косыгина - бывшего Воробьёвского шоссе, казавшегося в детстве далёким краем света, обрывом в никуда, - до Дворца пионеров и бывшей гостиницы "Орлёнок" (которая давно уже "Корстон"). То было заныривание в глубочайший карман времени и памяти: в этих местах пешком я не ходила лет сорок. Младенчество, детство, даже ещё не юность. Места, как бы видимые во сне, сквозь веки закрытых глаз. Фотизмы улицы Фотиевой. В этих местах меня накрывает чувством глубокой-глубокой, безусловной в своей глубине, полной и совершенно самодостаточной жизни. Предшествующей сознательным установкам, биографическим проектам, - предшествующей всему, - жизни, в которой, в спокойной полноте и ясности которой ещё всё возможно.
плывёт

О (не)глубине

Прагу вспоминаю (она сама, без моих усилий, мне вспоминается) с таким упорством, что и мне самой может показаться, будто я тоскую по ней – и не по красотам её, адресованным разным заинтересованным реципиентам от туристов до историков архитектуры и культуры, а по каким-нибудь окрестностям метро «Будейовицка», где ни тем ни другим уж и вовсе ловить нечего. Совершенно, разумеется, очевидно, что я там не выдержала бы и месяца, но вот же вспоминается и думается.

Прага, безусловно, бьёт в мою глубину – очень точно, очень прицельно, но только в одну какую-то точку. Она, так сказать, бедна целями бития в меня (а эту одну точечку уже насквозь продолбила, а толку-то). Вообще же мне там отчаянно не хватает глубины: смысловой, эмоциональной, экзистенциальной, всякой. Сухой прибрежный песочек, на котором задыхаешься, по которому лупишь втуне хвостом. Не потому, что глубины там вообще нет: не может её там не быть, да не про мою честь, я её там не чувствую.

Praha,_Budějovická,_metro

Collapse )
ВДНХ

Отвлекаясь

История (человеческих) пространств – это история воображения о них.

Чем больше времён собирают в себе пространства (а они всегда собирают их в себе, для того и созданы; чем дальше, тем больше состоят не столько из самих себя, сколько из загустевающего в них, оплотневающего времени), тем бессмертнее они становятся. В них происходит терпеливая, медленная, незаметная выработка бессмертия.

Collapse )

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/318202.html. Please comment there using OpenID.
грустно отражается

О многожизнии

…наверное, человеку всё-таки мало одной-единственной жизни, даже когда она очень большая (по объёму, по динамике, по чему бы то ни было), даже когда на неё не хватает ни разумения, ни простых физических сил, - всё равно нужны другие, параллельные, возможные (следственно – несбывшиеся): для объёмности и глубины. Потому и оглядываешься постоянно на варианты несбывшегося, оставшиеся в разных точках биографического пространства, потому и держишь их постоянно в уме: оставшись без них, без тоски по ним, без соизмерения себя с ними, любое сбывшееся – просто вообще сбывшееся как жанр существования – будет слишком плоским.

Человек существует как напряжение между двумя точками: сбывшегося и несбывшегося, нет, даже четырьмя – ещё возможного и невозможного; нет, шестью: ещё обретённого и утраченного; в перекрестьи этих сил. Убери один – всё схлопнется.

Collapse )

This entry was originally posted at http://yettergjart.dreamwidth.org/242085.html. Please comment there using OpenID.
дождь_Чюрлёнис

Первоэлементы: Метафизическая кириллица. Ф.

Начало: А, Б, В, Г, Д, Е, Ё, Ж, З, И, Й, К, Л, М, Н, О, П, Р, С, Т, У.

Ф ф

Следующая вечерняя буква - «Ф», фонарь, зажжённый в сумерках, - в тех самых, в которые увела «У». Совиные, филиновы глаза в них. В окружности-пузыри «Ф» набрала на всякий случай света: будет не лишним в потёмках; запасла бытия - пригодится в небытии.

«У» - ещё движение, «Ф» - уже остановка.

Это – буква не-движения, зеркально удваивающая «Р» – и тем самым останавливающая её. «Р», «головастую» букву Разума и Рассудка, «Ф» обращает в двуликого Януса (да, переход всё ещё продолжается, и Янус – бог порогов, переходов, рубежей - тут очень кстати). Её равновесие – статично.

Не вертикальная и не горизонтальная, не органическая и не механическая вполне, «Ф» стоит, как знак разметки границы между этими областями существования, глядя осовелыми пузырями-фонарями по обе её стороны, равным образом в каждую, ни одной не предпочитая. Замыкает границу. Верно стережёт её. «У» - межмирный сквозняк, «Ф» - замок. У неё не проскочишь. Руки в боки: не пущу.

Славянское имя её, хрусткое, жёсткое, упрямое, слово-упор – «ферт» - собственно (первое среди всех имён алфавита!), не такое уж славянское. Не понятное с ходу, оно нуждается в переводе… точнее, не нуждается в нём, как бы ни переводить. Важно, что внятная речь кончилась: началось бормотание, одичание звуков, глоссолалия.
вверх!

Поиск соответствий

Да разумеется же, Афины – город (при всех неминуемых поверхностностях – где ж их нет) глубокий, коренящийся в вечности не только не менее Рима, но, пожалуй, в каких-то смыслах и поболее его. На них, на их «вечностный», по телу времени проходящий канал надо всего лишь настроиться – перейти в иной режим существования, открыто-созерцательного, несиюминутного, несуетного. Вот есть места, куда люди ездят за вечностью, за опытом её, за опытом собственной своей несущественности - это наверняка должно быть одно из таких. И, коли уж в голове у реципиента «задачное» мышление: Афины надо воспринять как задачу – задачу на восприятие и собственное душевное, пусть ситуативное, переустройство. Задачу на внутреннюю тишину, без которой ничего не расслышишь.

Соответствовать надо воспринимаемому, соответствовать. У меня это обычно плохо получается. Но по крайней мере хоть знаю, что это надо. Что нужно превратить себя в правильно настроенный орган восприятия, а потом уж воспринимать, иначе не выйдет ничего. (В сумеречном отрочестве сочинила я, было дело, стишочек, из которого помню ровно одну фразу, первую – остальные, по всей вероятности, запоминания не стоили, зато уж эта - парадигматичненькая: «Поэзия есть поиск соответствий». Вот с этой фразой внутри с тех самых четырнадцати лет и живу. Пойесис, конечно, - поиск соответствий. А уж аутопойесис - и подавно.)

Другое дело, что очень уж сопротивляется психофизический организм вылезанию из обжитого режима существования и восприятий – который, между прочим, и на вечность очень неплохо настроен. О, это – режим чрезвычайно чуткий (тем более, что, благодаря многократным и многолетним повторениям, тончайше отшлифован): он весьма неплохо ловит вечность и на Ленинском проспекте, и во дворах Красных Домов (но это вообще, по моему разумению, такие места, в которых всё хорошо с вечностью. Она тут есть – в удобовоспринимаемых формах. Она умеет маскироваться под время. Дворы Красных Домов – колодцы, в которых вечность терпеливо отстаивается, прогревается сверху солнечными лучами времени). Попасть из хорошо прогретых маленьким локальным временем Красных Домов в Афины – как попасть из колодца в океан, в котором не знаешь, как плавать, по меньшей мере – на берег океана. Ну и что с того, что берег этого океана затоптан суетой, запылён пылью? – Океан же.
take me away

Тоже как-никак плоды

Словарь города пишется сейчас (Интервью с Анастасией Смирновой, преподавателем и программным директором образовательной программы Института медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка»; в соавторстве с Александром Волковым) // Знание-сила. - № 8. - 2014. = http://znaniesila.livejournal.com/70863.html ; http://gertman.livejournal.com/165473.html
то ли снится - то ли мнится

Предсонья

Наяву тоже бывают сны, точнее, предсонья*, - то, что загустевает в сны, когда контролирующее сознание совсем сворачивается. Этот пласт внутренней жизни, родственный воспоминаниям и во многом из них состоящий, похоже, никогда не прекращается, всегда в движении – и становится заметнее, когда, например, делаешь механическую работу типа расшифровки интервью или мытья посуды – вообще в любых паузах сознательной и активной работы ума. У него бывают ведущие (вообще – или прямо вот сегодня) темы, свой образный запас, свои повторения, свои навязчивости. Не стану утверждать, что это – непременно грамматика, способная быть чётко прослеженной и внятно сформулированной, но определённые внутренние тяготения, оси, по которым оно распределяется, - есть несомненно. Нынче во время расшифровки интервью на мой внутренний экран, на изнанку сознания упорно проецировались три темы: некоторые эпизоды из поездки в Смоленск 2004 года, улицы медленного августовского Смоленска, большой зелёный собор в его центре; московская архитектура 1930-х, по преимуществу – станций и павильонов метро, и север Москвы – пространства вдоль Ленинградского проспекта и Ленинградского же шоссе, от метро «Аэропорт» - к северу. Почему последнее – понятно, - не только потому, что это одни из любимых и знаковых пространств, по которым хорошо ходить-и-думать (это один такой глагол, обозначающий одно сложносоставное действие), но это и своего рода компенсация – не вышла одна прогулка, намечавшаяся в эту субботу, в сторону посёлка «Сокол», согуляющие оказались заняты, и (под)сознание снабдило меня недостающими образами из собственных запасов. Но что здесь делают первое и второе, что они хотят мне сказать? и всегда ли предсонья (уподобляясь в том красноречивым снам) хотят нам что-нибудь сказать?

*За это слово я ещё с глубоких 90-х благодарна Алексею Михайлычу Ремизову. Заголовок «Сны и предсонья» - самодостаточное художественное (и даже антропологическое) высказывание, способное жить и помимо того, на обложке чего стоит.
bibliophagus_chasid

Библиофагические достижения и иные радости

Впервые в жизни заказывала книжку в интернет-магазине. К моему нескончаемому изумлению, почему-то получилось!.. И вот она, голубушка:

Ежи Фицовский. Регионы великой ереси и окрестности. Бруно Шульц и его мифология / Пер. с польского Е. Барзовой и Г. Мурадян. – М.; Иерусалим: Мосты культуры / Гешарим, 2012.

Collapse )

Это же само счастье, - агрессивное в отношении своего контекста, как всякое счастье: лежит теперь перед носом, радует глаз и требовательно отвлекает от Обязательного. = Буду по кусочкам читать параллельно всему, сил моих нет этого не делать. = Бруно Шульц – это такой человек, ради которого одного только стоило бы однажды подчинить себя идее освоить польский язык, между всем прочим. (В отношении этого последнего у меня нет ни малейших функциональных задач, - исключительно немотивированная [или мотивированная лишь эстетически] влюблённость с отроческих лет, которая в общем-то никакой реализации не получила. Ну это уж совсем в примечаниях.) = А меж тем дэдлайн очередного Обязательного уж близится.

Идучи из интернет-магазинного пункта забирания заказов, встретила на уличном книжном развале Collapse )

(больше, кстати, нигде до сих пор не видела)

Купила бы немедленно, когда бы не стоила она аж две тыщи – которых, к великой удаче для семейного бюджета, при мне не случилось. Но буду активно иметь в виду.