Balla Olga (yettergjart) wrote,
Balla Olga
yettergjart

Мечтания библиофага

(из письма, присланного редакцией НЛО, – откуда и копирую, вкупе с аннотациями. Это – то, что у них либо уже вышло, либо должно выйти в январе-феврале. Много хорошего. Ррррры!)

(1) Юрий Слезкин. Арктические зеркала: Россия и малые народы Севера. (к. декабря – н. января) - (Historia Rossicа).

Книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слезкина, автора уже изданного в «НЛО» интеллектуального бестселлера «Эра Меркурия: Евреи в современном мире» (2005), посвящена загадке культурной чуждости. На протяжении нескольких веков власть, наука и литература вновь и вновь открывали, истолковывали и пытались изменить жизнь коренных народов Севера. Эти столкновения не проходили бесследно для представлений русских/россиян о самих себе, о цивилизации, о человечестве. Отображавшиеся в «арктических зеркалах» русского самосознания фигуры – иноземец, иноверец, инородец, нацмен, первобытный коммунист, последний абориген – предстают в книге продуктом сложного взаимодействия, не сводимого к клише колониального господства и эксплуатации.

(2) Центральная Азия в составе Российской империи. - (Historia Rossicа).

История отношений России и Центральной Азии привлекает все большее внимание исследователей. Обретя в 1991 г. статус независимых государств, бывшие советские республики — Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан — оказались перед сложной дилеммой: как теперь писать о том времени, когда весь этот регион находился сначала в границах Российской империи, а позднее Советского Союза. Было ли это временем национального угнетения, репрессий, унижения достоинства народов, либо, напротив, эпохой прогресса, развития, приобщения к мировой цивилизации? Что Россия принесла местному населению — освобождение и развитие или же новое порабощение и нещадную колониальную эксплуатацию? Настоящая работа — попытка российских ученых представить свой взгляд на историю Центральной Азии в составе Российской империи. Авторы стремятся преодолеть как стереотипы, изображающие взаимоотношения России с ее азиатской окраиной только как абсолютно прогрессивное явление, так и клише, которые представляют эти взаимоотношения полными одних лишь ошибок и преступлений.

(3) Микки Вульф. Несвобода небосвода. Сто тек100в [Эссе]. - (Художественная серия).

Первая книга прозы известного израильского журналиста, пишущего под псевдонимом Микки Вольф, включает в себя его тексты, публиковавшиеся в русской периодике Израиля. Собранные вместе, эти фрагменты приобретают новое качество: из них возникает автономный мир, в котором соединены средневековая и ветхозаветная история, сегодняшняя телевизионная хроника и личные воспоминания, Кишинёв и Москва, остро пахнущий одесский Лиман и ночь на улицах Тель-Авива, чувственность и интеллектуализм. Яростный, барочный стиль эссеистики Вольфа выламывается из привычных представлений о журналистском письме - это именно проза, стильная, насыщенная восторгом жизни и растерянностью перед ней, напоминающая о лучших образцах «южнорусской школы» - и, как ни странно, о Генри Миллере.

(4) Ирина Сироткина. Классики и психиатры: Психиатрия в российской культуре конца XIX — начала ХХ века / Перевод с английского автора. - (Научная библиотека).

В книге история психиатрии рассматривается через призму особого жанра медицинской литературы — патографии, или жизнеописания знаменитостей с точки зрения их болезней, мнимых или настоящих. В русской культуре писатель был фигурой особенно заметной — как рупор общества, символ времени или объект, на который читатели проецировали свои желания. Не удивительно, что именно писатели привлекли внимание психиатров и стали их заочными пациентами» и героями (или анти-героями) патографий. Немало медицинской литературы посвящено классикам — Пушкину, Гоголю, Достоевскому, Толстому, Гаршину и многим другим писателям и поэтам. Автор ищет ответы на вопросы: как и зачем психиатры ставили диагнозы писателям, что это значило для становления психиатрии, как патографии были встречены в обществе? Почему одни врачи находили у Пушкина, например, различные болезни, а другие, напротив, считали образцом душевного здоровья? И почему с приходом нового поколения медиков эти диагнозы менялись, иногда на диаметрально противоположные? В данном исследовании идеи о душевной болезни и душевном здоровье, о таланте и гениальности помещены в контекст бурной общественно-политической жизни России конца XIX — начала ХХ веков. Книга Ирины Сироткиной получила приз Ассоциации современных языков (Modern Language Association, США) за лучшую работу в области славянских языков и литературы в 2001—2002 гг.
Текст книги переработан и расширен.

(5) Анджей Щеклик. Катарсис / Пер. с польского К. Старосельской.

Что такое медицина? Наука? Искусство? Ремесло? Чародейство? Об этом рассуждает автор книги Анджей Щеклик – практикующий врач, ученый, эрудит, гуманист, свободно ориентирующийся в многовековой истории этой области, лежащей на границе жизни и смерти. Рассуждает увлекательно, страстно, обоснованно, с легкостью перенося читателя из столетия в столетие, открывая ему секреты врачевания, цитируя великих мыслителей разных времен и народов, рисуя яркую, образную картину медицины прошлого, настоящего и будущего.

(6) Новое Литературное Обозрение. - № 88.

(7) Петер Эстерхази. Небесная гармония. - (Современное европейское письмо: Венгрия).

Книга Петера Эстерхази (р. 1950) «Harmonia cælestis» («Небесная гармония») для многих читателей стала настоящим сюрпризом. «712 страниц концентрированного наслаждения», «чудо невозможного» – такие оценки звучали в венгерской прессе. Эта книга – прежде всего об отце. Но если в первой ее части, где «отец» выступает как собирательный образ, господствует надысторический взгляд, «небесный» регистр, то во второй – земная конкретика. Взятые вместе, обе части романа – мистерия семьи, познавшей на протяжении веков рай и ад, высокие устремления и несчастья, обрушившиеся на одну из самых знаменитых венгерских фамилий. Книга в целом – плод художественной фантазии, содержащий и подлинные события из истории Европы и семейной истории Эстерхази последних четырехсот лет, и грандиозный литературный опус, дающий повод для размышлений о судьбах романа как жанра.
Со времени его публикации (2000) роман был переведен на восемнадцать языков и неоднократно давал повод авторитетным литературным критикам упоминать имя автора как возможного претендента на Нобелевскую премию по литературе.
Tags: мечтания библиофага
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment