?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост | Следующий пост

на круглом столе «Сборник критических статей: гадкий утёнок на литературном дворе», посвященном обсуждению проблем, связанных с объединением в книгу разрозненных критических статей, публикацией такой книги и ее дальнейшего функционирования как единого целого, в библиотеке № 2 имени Ю.В. Трифонова в Москве 18.01.18.

(и вот он весь: https://yadi.sk/d/PnB557oI3RbBos )

Вопросы от Анны Голубковой и Людмилы Вязмитиновой.

1. Откликаясь на самые разные события литературной жизни, критик пишет на разные темы, о разных авторах и разных событиях, оформляя эти материалы в виде эссе, рецензии, предисловия, обзора, большой критической статьи и т. д. На каком этапе этой деятельности возникает мысль об оформлении этого разнородного материала в отдельную книгу? И насколько закономерно возникновение этой мысли?

Я думаю, такая мысль возникает – если не под влиянием случайных внешних обстоятельств (скажем: появилась такая возможность; издатель предложил…) – тогда, когда ты во всей этой разнородности либо (а) начинаешь прослеживать цельность, либо (б) чувствуешь потребность её проследить, - что, разумеется, становится более возможным, когда ты собираешь много разных текстов под одной обложкой и смотришь. – В общем, это форма рефлексии – даже когда по случайным внешним поводам: считай, что ты случайно нашёл оптический прибор для рассмотрения собственной цельности.

2. Возможно ли расположить тексты, написанные критиком в разное время и по разным поводам, так, чтобы составленная из них книга воспринималась как единое целое? Насколько важно достигнуть этого? И какой принцип (или принципы) должны в таком случае лечь в основу структурирования текстов?

Конечно, возможно, всегда же есть общие тенденции, и скорее всего больше одной. При всей разности поводов высказывания всегда есть общие всем этим текстам движущие мотивы. «Насколько важно» - это уже, наверно, кому как, - кому-то, мб, просто хочется спасти свои тексты от забвения (допустим), а цельность пусть складывает в своей голове читатель. – Вопрос «какой принцип (или хотя бы многие принципы) должен…» - кажется мне слишком узким. Тут ничто нам ничего не должно. Принципы структурирования всякий раз зависят от того, с какими внутренними вопросами собирающий книжку обращается к собственному материалу.

3. Принципиально ли при этом оставить/переработать уже опубликованные тексты? Важно ли при этом, насколько давно был опубликован текст?
Это совсем не принципиально и решается ситуативно. Текст, опубликованный очень давно, способен не устареть ни в каком отношении.

4. Насколько принципиально помещать/не помещать в книгу неопубликованные по какой-либо причине тексты или специально дописать в готовящуюся книгу несколько текстов
По мне, всё зависит от того, каким мы представляем себе конечный результат и чего мы от него хотим. (Такое должно чувствоваться. думаю, в процессе собирания.) Если предполагаемая цельность этого требует, то можно и поместить / дописать. Если требует настоятельно, то поместить / дописать нужно.

5. Всегда ли сборник статей критика (речь не идет о специально написанной критиком книге, а только – о сборнике статей, написанных в разное время и по разным поводам) отражает его личный взгляд на литературный процесс (и шире – его мировоззрение)?

Что же ещё он может отражать!? Только это.

Или это происходит только в том случае, когда написанное критиком достигло некой критической массы?

Да ведь наше мировоззрение (и, так сказать, литвоззрения) отражают даже наши одиночные суждения, не то что статьи или тем более их совокупность. Никакой критической массы не нужно, - критмасса просто позволит это лучше увижеть – и самому критику, и со стороны.

Или – когда сам критик достиг определённой зрелости?

Как будто у незрелых нет своего мировоззрения и взгляда на литпроцесс! Ха.

Можно ли в этом случае говорить о закономерном (или даже необходимом) подведении итогов? Или – о необходимости взглянуть на себя и свое творчество, скомпоновав написанное в единое целое?

Я бы говорила – как уже было сказано выше - скорее о внутренней потребности, в которой, разумеется, нет ничего ни закономерного, ни необходимого. Не каждому нужна такая глобальная рефлексия.

6. Литературный процесс нуждается в постоянном поступлении в печать разнородных материалов, в которых освещается, оценивается и анализируется происходящее в нем – как работающий механизм нуждается в очистке и смазке, а живущий и развивающийся организм – в питании и отведении отходов жизнедеятельности. Сюда можно отнести и специально написанные критиками книги – как об отдельных авторах или явлениях, так и о литературном процессе как таковом. Тогда как ситуация со сборниками разнородных статей – особая. Чем может привлечь издателя, а потом – читателя такая книга? (Здесь не имеются в виду те, чье творчество освещается в одной или нескольких статьях сборника).

Про издателей не знаю, про читателей могу судить только со своей колокольни как один из них. Мне очень интересны именно персональные картины литпроцесса и персональные способы анализировать тексты; интересно наблюдать за тем, как люди это делают и думать, чему у них можно научиться. Что касается читателя, лишённого профессиональной заинтересованности (типа «научиться»), его может привлечь, например, получаемая из такой книги карта современной ему словесности, по которой можно как-то ориентироваться (то, что она неминуемо субъективна – совершенно нормально: понятно, что мы предпочтём для ориентирования персональные карты тех, чьи ценности сколько-нибудь совпадают с нашими; но карты представителей иных ценностей, иначе моделирующих ту же самую реальность, интересны, на самом деле, ничуть не меньше), - и, наконец, - яркость мысли и языка. – Ну и, наконец, - раз уж речь идёт о сборниках разнородного – разносторонностью рассмотрения предмета (литературы).

Я далека от мысли, что критические тексты самоценны и могли бы прекрасно существовать без всякой «первичной» литературы (на самом деле, по моему разумению, в культуре вообще нет «первичных» текстов, первично было только творящее Слово в начале времён, всё остальное – это явный или неявный диалог с другими текстами), - но они, несомненно, - разновидность литературы и форма мысли, вид понимания реальности, способ задавания ей вопросов (тексты – тоже реальность, не менее, чем та, которую можно пощупать рукой).
(Александр Скидан, Кирилл Кобрин, Анна Наринская, Григорий Дашевский, Александр Чанцев, Дмитрий Бавильский, Ирина Роднянская, Сухбат Афлатуни, Валерия Пустовая, Данила Давыдов, Мария Степанова, Илья Кукулин – вот некоторые из людей, пищущих (писавших) о книгах, - которых я готова читать ради них самих. Они все очень разные. Просто в том порядке, в каком приходят в голову. Ещё был дивный русскоязычный израильтянин Александр Гольдштейн, ныне, как и Григорий Дашевский, покойный. Когда-то о книгах писал Михаил Эпштейн - категорически не принимающий звания критика; если бы он о них писал и теперь, я бы его, безусловно, читала.)

7. Насколько важно (интересно) для литературного процесса и отдельного читателя – как внутреннего, так и внешнего по отношению к нему – появление книги, дающей представление о целостном взгляде на литературный процесс (и шире – о мировоззрении) критика, известного своими откликами на отдельные события и творчество отдельных фигурантов литературной жизни?

Рефлексия как же не важна? Как ещё себя увидеть, если не смотреться в зеркало? Книга критических статей и есть такое зеркало – собранное из кусочков, скорее всего, неминуемо кривое, так ведь некривых нет. А кусочки именно благодаря своей разнородности помогают увидеть осмысляемый предмет с разных сторон.

8. Какой для привлечения интереса широкого читателя должна быть обложка такой книги? Насколько сложным/простым должен быть дизайн текстов? Обязательны ли, и если да, в каком количестве фотографии?

С этим не ко мне совсем, я ни разу не визуал и даже не эстет (у меня такая неэстетская эстетика) и люблю максимально простое оформление, которое не отвлекало бы от текста. Мне страшно нравится дизайн, в котором издаёт свои книги «Новое издательство», простейший, с текстом на обложке. Хороший интеллигентный дизайн у екатеринбургского «Кабинетного учёного», у «Либры». Есть ещё хорошее издательство Gründrisse, выпускающее томики формата записной книжки с серой грубоватой обложкой и желтоватой бумагой, - очень нравится. – Скоре всего, широкий читатель со мной таких пристрастий не разделит, ему бы скорее надо, чтобы было красиво, - ну вот именно красиво оформляет книжки «Иван Лимбах», «Алетейя». – Издательство «НЛО» я так люблю, что мне даже всё равно, какие у них обложки, хотя да, они там хорошие.

[В ходе разговора сформулировалась также потребность в том, чтобы у книги были широкие поля, - для писания на них попутных пометок.]

Без фотографий я бы счастливо обошлась, но легко допускаю, что более или менее массовому читателю интересно (любопытно) посмотреть в глаза героям критических статей; может быть, это поможет ему лучше их понять. Есть люди, и их скорее всего даже немало, которые любят книжки с картинками.

Или – вступительные (или заключительные) статьи? Или – комментарии? Обязателен ли именной указатель?

Всему этому я бы очень порадовалась. Вступительные / заключительные статьи – это же синтез того, неминуемо раздробленного, разговора, который ведётся в статьях сборника. Таких статей часто очень не хватает. – Комментарии – вещь очень полезная, они обращивают текст контекстами, указывают на его корни. Слово «обязателен» с его смыслами и обертонами я не очень (очень не) люблю, поэтому скажу, что они очень желательны, даже читателю-непрофессионалу, - они расширяют кругозор. - С именным указателем очень удобно, это я тоже могу только приветствовать. Понятно, что не всякому читателю он обязателен, иному достаточно просто прочитать книжку подряд.

Насколько обширными и детальными должны быть сведения о жизни и творчестве автора?

Мне достаточно минимума: год рождения (следственно – к какому поколению принадлежит, на чём примерно мог воспитываться), образование, что ещё написал (чтобы можно было ещё что-нибудь почитать, если автор заинтересует).

9. Как правило, литературные критики с интересом читают сборники статей своих коллег и охотно становятся их рецензентами. И – участниками Круглых столов и диспутов, касающихся таких книг и вопросов, которые они ставят своим появлением. Иллюстрацией этого может служить наше мероприятие. К ним можно добавить особых любителей литературной критики. Насколько широко можно расширить эту аудиторию? В каком случае она естественно расширяется, например, за счет студенчества? Нужен ли для этих книг особый пиар? И какого рода? И каких это требует финансовых вложений? Возможно ли хотя бы помыслить, что они окупятся?

Вот уж в этом я не понимаю совсем ничего.

кот-библиофаг2.jpg

This entry was originally posted at https://yettergjart.dreamwidth.org/297515.html. Please comment there using OpenID.

Записи из этого журнала по тегу «цельность»

  • Иметь и не иметь

    Не данное человеку так же точно важно – и даже точно так же дано ему – как и то, что у него есть. Может быть, даже и острее. Оно дано ему в модусе…

  • К сезонным предсмыслиям

    Весна не для того, чтобы работать. Весна для того, чтобы созерцать бытие, впитывать его, пренебрегать условностями. Весна – время цельности,…

  • Этос невозможного*

    *Видоизмененный согласно текущим надобностям парадигматический заголовок книги Александра Эткинда "Эрос невозможного". Если бы возможно было жить в…

  • Зелен виноград: к сказке (не)странствий

    Разъезжания по другим городам и странам, несомненно, дают много материала для воображения, но оставляют для него очень мало места (и времени). В…

  • К анатомии памяти

    Некогда случилось мне думать - и даже писать здесь - о том, что, тоскуя по человеку, невольно или даже намеренно начинаешь, ens scribens,…

  • И о цельности

    Вот что меня точно притягивает в воспоминаемом ныне с большого расстояния детстве, - это чувство безусловной цельности бытия, плотной живой цельности…

  • О подведении итогов

    Ну я ещё наподвожу итогов, - тем более, что в мой ушедший год было счастливо-много хорошего и значительного. Подведение же итогов, совершенно…

  • рассматривая старые фотографии Москвы*

    (*один из очень немногих свойственных мне способов сброса напряжения - и один из самых интенсивных; да, интенсивный сброс напряжения тоже бывает.)…

  • Об изготовлении цельности

    …но тут же подаёт голос и ещё одна часть многосоставного человеческого существа и говорит следующее: Между прочим, если ходить по вечерам куда бы то…