?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост | Следующий пост

Радости рая

Подобно тому, как извлекатели денег из покупательских карманов расставляют уже повсюду новогодние ёлки, кружа реципиентам голову грёзами о предновогоднем шопоголоческом буйстве, так я, кроткая, за долгую неделю до конца бесконечного ноября мечтаю (даже в форме построения планов) о новогодних каникулах, о том, чтобы никуда не ходить ой - всласть начитаться книг, иные из которых ещё и на Нон-фикшн не куплены, а ещё - медленно и смакуя процесс - собрать, в угоду тщеславию своему, следующую книжечку, а какую, из суеверия пока не скажу. Очень надеюсь не писать в это сладостное время ничего к дэдлайнам (по крайней мере - к близким, таким, чтобы вот прямо завтра сдавать. Такие, конечно, очень дисциплинируют и кое-чего даже достигли в этом направлении, но сколько же можно уже дисциплинировать-то меня).

Близящаяся же Нон-фикшн обещает нам, по своему обыкновению, радости рая. Средь них особенно имею в виду следующие:

(1) Мишель Пастуро. Чёрный: история цвета. - М.: Новое литературное обозрение, 2016*.

Пастуро_Чёрный.jpg

(Вот что написало мне по этому поводу сегодня издательство в рассылке:

"Дорогие коллеги!

Как вы, наверное, уже знаете, с 30 ноября по 4 декабря в «Центральном доме художника» на Крымском валу пройдет 18-я книжная ярмарка «Non/Fiction». В этом году «НЛО» там будет еще больше — мы проведем предновогоднюю распродажу на дополнительном стенде G-12.

Кроме того, мы подготовили к ярмарке целый арсенал зимних новинок. Едва ли не самая долгожданная из них — «Черный. История цвета» Мишеля Пастуро, выходящая в серии «Библиотека журнала «Теория моды».

Продолжение масштабного проекта французского историка Мишеля Пастуро — истории цвета в западноевропейских обществах, от Древнего Рима до XVIII века. «Черный» — это настоящее детективное расследование приключений, а нередко и злоключений черного цвета в западноевропейской культуре. Цвет первозданной тьмы, Черной смерти и Черного рыцаря, в Средние века он перекочевал на одеяния монахов, вскоре стал доминировать в протестантском гардеробе, превратился в излюбленный цвет юристов и коммерсантов, в эпоху романтизма оказался неотъемлемым признаком меланхолических покровов, а позднее маркером элегантности и шика и одновременно непременным атрибутом повседневной жизни горожанина.

30 ноября в «Зоне семинаров № 1» книгу представят шеф-редактор «Теории моды» Людмила Алябьева и теоретик моды Ольга Вайнштейн.
"

Увы мне, 30-го я надеюсь быть в другом хорошем и важном месте, но книжечку надо будет достать обязательно.

А это, а это!.. нет, вы только посмотрите:

(2) Ольга Седакова: стихи, смыслы, прочтения. Сборник научных статей / Ред.: Стефани Сандлер [и др.]. - М.: Новое литературное обозрение, 2016.

Седакова_Стихи-смыслы-прочтения.jpg

Увы, не быть мне на презентации и этой книги (хотя очень хочется, но уже обязалась в другом месте). Зато написать о ней потом - лучший способ компенсации этого ущерба (вот так себе человек работы и нахватывает. Работа - у кого как, а у меня точно - это компенсация экзистенциальной нехватки, и все иные виды нехватки - интеллектуальная, эмоциональная и т.д. - лишь частные её случаи).

Зато вот Саша Марков orbilius_junior про книжку уже написал: http://www.colta.ru/articles/literature/13152 (и читать!)

...и средство (безнадёжной) компенсации своей (безнадёжной же) малости, конечно. Как всё-таки горько, досадно и стыдно быть маленькой, незначительной, малосодержательной, когда на свете есть такие крупные люди - от Саши Маркова до самой героини сборника. Понимаю, что гордыня дурацкая и смешно соперничать (никто меня к крупности и не призывал, и в мелкости есть свой смысл для экологического равновесия, кто бы спорил), а всё равно. Всё равно малость и мелкость, особенно собственная, мнится чем-то противоречащим (стыдно произнесть, слишком пафосно звучит, но внутри оно звучит именно так) высокому назначению человека, человеческой сущности, кто мал и мелок, тот, мнится, не вполне человек. ("Человек"-де - не данность, а задание. и т.д.) (Впрочем, это "не вполне человек" сопровождает меня едва ли не с самых начал самоосознания и, разумеется, должно быть отнесено к числу персональных мифов - столь же устойчивых, сколь и агрессивных. Но опять же тем не менее.)

И наконец, - благословенно Издательство Ивана Лимбаха:

(3) Симона Вейль. Тетради (1933-1942) / Перевод с французского П. Епифанова. - СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2016*

Вейль Симона_Тетради.jpg

*дату выхода везде ставлю условно, под конец года может запросто быть уже и 2017-й.

Записи из этого журнала по тегу «anthropologia personalis»

  • Пепел и уголь, серебро и медь

    …и пуще всего прочего: кажется уже, будто, когда никуда не хожу и ничего не происходит – это-то и есть самое настоящее, а когда хожу и происходит –…

  • К персональной антропологии

    Всякое, абсолютно всякое событие, явление, предмет окружены в человеческом восприятии семантическим ореолом – облаком сопутствующих ему, связанных с…

  • Против осуществления

    А всё-таки интереснее всего, сильнее всего волнует книга непрочитанная, даже ещё не открытая: её можно домысливать, разращивать внутренне во все…

  • *меланхолически*

    Некоторые наблюдения показывают, что необходимость на следующий день рано вставать сильно обедняет жизнь даже на уровне непосредственного её чувства.…

  • Соло на барабане

    Теперь, когда дни мои клонятся к закату, глупо завидовать людям, получившим хорошее образование (теперь-то оно мне зачем? для самолюбия разве…

  • К открытиям очевидного: Детство небытия

    Детство (особенно дошкольное) и старость – время до и после активной социальности - родственны до совпадения ещё и тем, что – в отличие от, условно…

  • И о счастии

    …кроме всего прочего, счастье не имеет отношения к жизненным обстоятельствам – никакого вообще. То есть, оно может, конечно, это отношение иметь, но…

  • К открытиям очевидного: Похвала ограниченности-2

    Теперь-то понимаю, как спасительна, как благотворна ограниченность, узость (особенно – жёсткая!) границ, канализированность и концентрированность в…

  • К практической метафизике

    Всё-таки приморские города сообщают человеку совершенно особенное чувство, какого не дают даже города у больших рек (но даёт, например, Гамбург,…