Balla Olga (yettergjart) wrote,
Balla Olga
yettergjart

Этническое-2

(В продолжение вот этого: http://yettergjart.livejournal.com/151867.html )

Сейчас подумала, что моё отношение едва ли не ко всему еврейскому в точности описывается метафорой любви да к этой же метафоре и сводится.

Любовь, конечно, предполагает и интерес, и влечение, и – что за любовь без чувства принадлежности и адресованности? Конечно, она – и источник смыслов, и – впрочем – вполне себе замена их («когда не спрашивают, зачем». Зачем спрашивать, когда и так ясно?). Конечно, она может стать основой для жизненной программы (а может ею и не становиться - она способна быть самоценной, она сама себе жизненная программа). Кроме того, никакое чисто «соматическое» родство, даже осознание его совсем не предполагает само по себе ни любви, ни отталкивания (любовь самоценна и имеет свои источники; вот отталкивание, должно быть, более зависимо от своего предмета) – оно способно дать поводы как для того, так и для другого (вот разве что для безразличия – нет; хотя как знать? Не исключено, что декларации типа: «Мне всё равно, какого я происхождения» - тоже результат ох какого неравнодушия, прямо-таки пафосного). И ещё, конечно, всякая любовь предполагает дистанцию между нами и предметом любви, которую преодолевает – и не преодолеет никогда, ибо межчеловеческие дистанции – кажется, все, любые, по определению – из разряда непреодолимых: как между Ахиллом и черепахой в той самой апории.

Очень похожее отношение: напряжённое взволнованное внимание – связывает меня со всем венгерским.

Что касается всего русского (подчёркиваю: осознанно выбранного – и тем самым однажды была поставлена точка в моих отношениях с проблемой принадлежности и идентичности: с тех давних пор она для меня не проблема) – то оно – естественная. прозрачная среда обитания, между собою и которой я не чувствую дистанции (той самой, которую с дрожью усилия преодолевает – и никак не может преодолеть – любовь).

Это создаёт (вероятнее всего, мнимое, иллюзорное, но тем не менее) чувство «универсальности», исходящее для меня от всего русского – и послужившее в своё время решающим аргументом в пользу выбора себе этой идентичности.

О русском я впервые задумалась по-настоящему на 16-м году в Праге, будучи вырванной из русской и русскоязычной среды, и формулировки об «универсальности» появились именно тогда. «Быть русской значит для меня быть «человеком вообще»», - писала я в 16 лет – и до сих пор так чувствую, хотя прошла уже, смешно сказать, четверть века

(во внутренних пространствах – свои расстояния, своя геометрия и своя топография, так что некоторые формально удалённые друг от друга точки там могут быть расположены очень близко друг кдругу или вообще совпадать).

Почти четыре года, проведённые в Будапеште – в интенсивно-«адресованной», так сказать, среде (ух, сколько там было МОЕГО и такого, что изо всех сил хотелось сделать своим!) только укрепили меня в чувстве русской «универсальности» как моего личностного субстрата.

(В те же годы от двух разных людей услышала я две фразы, которые тогда поразили меня и заставили задуматься о том, что культура исходного формирования «выделывает», «вылепливает» человека на телесном уровне: мне сказали, будто у меня «русская улыбка» и «русское выражение лица». Я и не знала, что такое бывает, но потом стала видеть – у других, правда - «культурно-специфические» выражения лица.)

Будапештский воздух был для меня горячим, плотным, густо окрашенным всяческими запахами. Вернувшись в Москву, я восприняла её воздух как прозрачный до незаметности и сказала себе: «Ну вот, мы и дома».

Может быть, по-настоящему своё для человека – то, что он переживает как универсальное. То, чего он (почти) не замечает.
Tags: биографическое, венгерское, еврейское, чужое и своё
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments