Balla Olga (yettergjart) wrote,
Balla Olga
yettergjart

О Первокатастрофе

Про Первокатастрофу (под этим именем много-много лет жила во мне первая архетипическая любовь с её огромной, во всю жизнь, невозможностью и неустранимостью) хочется, чувствуется нужным вспоминать (между помнить и вспомнить, други, расстояние как от Луги до страны атласных баут), - проговаривать её именно языком «общечеловеческих» формулировок, без тесной привязки к собственным узкобиографическим обстоятельствам – от которых она, казалось бы, неотмыслима. Сегодня есть календарный повод вспомнить, и вот займёмся-ка проговариванием. Благо бессонница мирволит.

Благодаря этому опыту – занявшему несопоставимо меньше календарного времени, чем все те десятилетия, что я с ним живу и помню его, - я очень многое знаю. Не головой – всем внутренним разворотом. То был опыт исключительно мощный, и, как ни удивительно – как я тоже понимаю только теперь – он был вневозрастный, - совершенно не связанный с моими тогдашними неполными восемнадцатью годами и тем невеликим набором впечатлений и пониманий (хотя мне казалось – очень большим!), который я успела к тому времени нажить. То был опыт огромности мира, самОй изумляющей – и предельно убедительной – возможности огромного, решающего – всю жизнь определяющего – чувства. (Так ведь оно и оказалось: всю жизнь определило.) Безмерности в мире мер.

(Отдельный вопрос, что – чувства, не отделимого от смыслов и их во множестве порождающего. – Но он действительно отдельный, потому что на «чувство» и смыслы» переживаемое тогда не делилось, это было одно.)

Сопоставить это можно примерно с тем, как если бы я выросла в маленьком городке в тиши и глуши среднерусской равнины – и вдруг, практически неподготовленной, оказалась на берегу океана. Передо мной был океан, да, – сияющий океан и сияющее огромное небо.

Притом, что, должно быть, ничуть не удивительно, - было сильное и не то что уверенное, а какое-то вот безошибочное, абсолютное, ясное как солнце чувство попадания в своё. Абсолютное совпадение со своим. Ни малейших не было сомнений в том, что именно этот вот человек, со всеми его смысловыми комплексами (не в смысле психологических комплексов как своеобразных затруднений, - хотя, наверно, и в этом тоже, - но в смысле систем, комбинаций, сращенностей персональных смыслов), со всеми его темнотами и трудностями – но и перспективами, и горизонтами – «предназначен» мне к проживанию, к освоению, - долгому, многодесятилетнему. Не то что «то воля неба, я твоя», - даже псевдорелигиозных установок не было в моей тогдашней голове, - но чувство совпадения всего проживаемого с собственным внутренним устройством.

Это была счастливая катастрофа, катастрофическое счастье – с акцентом на оба слова. Ничего подобного ни по силе, ни по структуре (мощной и необъяснимой точности совпадения) не было больше никогда.

О, я тогда совсем ничего не умела – нелепо, инфантильно, постыдно, - всему, всему важному в человеческих отношениях я научилась потом – и во многом благодаря тогдашней первокатастрофе (отвергнутая тогда, хотела быть принятой, принимаемой – хотя бы другими, если уж не им, хотя сравниться, как долгие годы чувствовалось, никто не мог. Глухие-кривые-окольные тропы. – хотя понятно же, что человека отвергают не потому, что он чем-то нехорош или чего-то не умеет, а вот не случилось его полюбить, и всё тут, и ничего не поделаешь. Теперь-то уж знаю, как знаю и то, что в таких ситуациях не обойтись без жестокости, она – в самом их существе.). Не умела ни слушать, ни слышать, ни понимать, ни вчувствоваться, ни интересоваться другим по-настоящему (то есть – безотносительно ко мне), ни прощать, ни смиряться, ни уступать, ни держать оберегающую (другого) дистанцию - да ничего не умела, всё хотела, чтобы слушали меня да видели, какая я умная. Всему научилась потом. Ему ничего не досталось.

Но я – в точности, как сказала тогда («я хочу прожить с тобой всю жизнь») – действительно прожила с ним всю жизнь: с памятью и воображением о нём, во внутреннем диалоге с ним. Я продолжаю жить эту жизнь и теперь – и жалеть, что не прожила её «наяву» (хотя, разумеется, нет ни малейших оснований надеяться на то, что она не была бы куда хуже, труднее, горше, может быть, вообще лживее и неправеднее, чем то, что получилось на самом деле. О несбывшемся знать ничего нельзя – о нём можно только воображать – и проецировать на него всё, что душе угодно.). Это несбывшееся стало моим ресурсом на всю жизнь, да, я всю жизнь спорила с ним – с самим фактом его несбывшести, - пыталась его компенсировать, заполнить пустоты, образованные самим фактом его несбывшести в моей жизни. Оно задало мне форму.

Я по сию минуту продолжаю тосковать по этому человеку и по своему диалогу с ним, хотя нечего и говорить о том, что, встреться мы теперь, может быть, и не нашли бы, что сказать друг другу. А может быть, и нашли бы. – Это такая стержневая боль, которая пронизывает мою жизнь вплоть до сегодняшнего дня и держит её на себе, - собирает её вокруг себя, не даёт ей распасться.

Связанные с этим места в Москве до сих пор таковы, что вдыхать их воздух – вдыхать живое пламя, ходить по их земле – ходить по огню. Особенные, магически-мучительные, мучительно-магические точки интенсивности.

P5180150.JPG

P5180152.JPG

P5180157.JPG

P5180158.JPG
Tags: биографическое, история чувств, любовь, московское, несбывшееся, о болевом зрении, персональный календарь, персональный лексикон, сопровождающие цитаты, фото
Subscribe

Posts from This Journal “любовь” Tag

  • О мимолётном

    Единственное, что я люблю в утре, которое вообще-то выношу с трудом, если выношу, - тонкий и сложный свет в самом его начале, существующий не более…

  • Колодец глубины несказанной

    Смешно (ли?) сказать, но в Великом Новгороде волнует больше всего не то, что видно глазами (хотя тут и глазами кое-что видно), но то, что носится в…

  • Ещё о самоценном

    Страстная любовь к городу всегда по определению безответная (сколько ни утешали бы мы себя воображениями о том, что город «принимает» нас, «рад» нам…

  • О необретённой родине и смысловых практиках

    …и не хватает мне – как зрительного впечатления, как человекообразующего начала - петербургского света. В Петербурге он особенный: тоньше, точнее,…

  • Огонь и я-2: 1983

    Ну и ещё, конечно, меня сегодня – раннеиюньский ранний вечер, ясный и медленный, влажный после дождя, кварталы пятиэтажек между Ленинским и Вавилова,…

  • Про любовь и цельность

    (так ли уж важно, по какому поводу. А хоть бы и без.) Только то и любишь по-настоящему, чему есть телесный трепет в ответ, - если и контролируемый…

  • Тоска по раю

    Подобно тому, как, по словам писателя Евгения Чижова в романе «Собиратель рая», «ностальгия – это тоска по раю» (очень мне нравится это определение,…

  • К сказке странствий

    и обольщениям ея. Вроцлав: один из самых ярких, сильных и витальных городов, мною виданных. Так полон своей рекой, (размыкающей горизонты) близостью…

  • Пусть будет и здесь

    Вторая родина бывает. В моём случае это Чехия. Без изначальной симпатии и интереса (напротив того - с изначальным отталкиванием, "эстетической",…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 33 comments