Balla Olga (yettergjart) wrote,
Balla Olga
yettergjart

Тринадцатое ноября

Может быть, люди только тогда могут вполне оценить настоящую степень своей близости и потребности друг в друге, когда любовь между ними (или безответная любовь кого-то одного из них – не так уж важно) – наваждение, претендующее на самоценность – кончается.

Та любовь, о которой я вспоминаю сейчас, была для меня уроком интенсивности. (Однажды я уже писала об этом - http://yettergjart.livejournal.com/35056.html ). Десять лет жизни в режиме интенсивности как в норме. Такое даром не проходит, не может пройти. Вполне возможно, только благодаря ему, безответному, я и знаю вообще, «что такое» любовь. Он мне, сам о том не заботясь, десять лет выращивал (с неминуемым раздиранием душевных тканей, но – так лучше помнится) душевные глаза на тех местах, где их раньше не бывало. То был великий урок видения и чувствования. Экстатичность размером в десять лет нужна была, чтобы победить мою косность, интроверсию и эгоцентризм: только благодаря этой «чрезвычайщине» я, кажется, и научилась по-настоящему чувствовать, кроме себя, ещё и кого-то другого – не как пресловутую «часть себя» (он, ускользавший, никогда ею и не был, и не собирался быть) – а именно как Другого. В его суверенности (покушения на которую он воспринимал очень болезненно) и в отличиях от меня и всего моего (которые в случае с ним были совершенно непреодолимыми). Это был великий урок гибкости, смирения, самоотдачи и – что ещё того важнее – чувства пределов самоотдачи, умения остановиться у чужой границы (ох как не сразу я этому научилась! но боль, которую мне самой же пришлось испытать из-за этого неумения – вписала в меня чувство чужой границы самым нестираемым образом).

Словом, все эти десять лет были сплошным воспитанием чувства Другого. Я бы совсем не сказала, что теперь оно у меня оптимально: оно полно всяких и перегибов с преувеличениями, и недостач. Но некоторая важная основа всё-таки заложена. Всему, чему я учусь дальше – я учусь на этой основе и только благодаря ей.

Когда он кончился как наваждение, «вдруг» оказалось (хотя на самом деле это было ясно уже тогда, просто принимать этого не получалось – не хотелось), что у этих отношений не было собственных, жизнеспособных содержаний. Именно поэтому мне и не хочется в них назад, и несмотря на то, что это был один из самых значимых, интенсивных и подлинных опытов в моей жизни, я никогда – никогда – не тоскую по этому человеку. Настоящей близости и настоящей потребности друг в друге там не было и быть не могло.

И тем не менее – а может быть, как раз поэтому – воспитало и вырастило меня именно это.
Tags: биографическое, любовь, межчеловеческое, экзистенциальное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments